Александра Сухарькова

Психолог, гештальт-терапевт

Специализация по работе с психической травмой методом гештальт-терапии

1984, город Тында, Амурская область

 

О ЧЁМ Я и ЧТО МНЕ ВАЖНО?

С 14 лет мне было ясно, что хочу стать психологом. Благодаря поддержке моей семьи у меня получилось. То, как устроен человек, как он думает и чувствует, как устроена наша психика — эти темы, я уверена, занимали хоть раз каждого. Мной двигало сильное желание понять себя и ответить на вопрос «Кто я», и наверное в какой-то момент помогать другим ответить на этот вопрос.

* Понимать, что происходит с тобой - важно и круто. В 2001 году я погрузилась в изучение психологии. Для меня учёба оказалась довольно академическим процессом, где очень многое, если даже не всё понималось умом. Многие знания про человеческие особенности характера и акцентуации, картины психических заболеваний проходили процесс моего понимания через голову. Какие-то открытия о себе самой происходили так же через понимание умом и редко когда соединялось с эмоциональным переживанием или ощущениями в теле, по крайней мере редко, когда это происходило осознанно. Быть умным и через интеллектуализацию переживания себя было тогда важной частью проживания собственной идентичности и в общем-то единственная известная мне тогда и доступная опора. Это был очень увлекательный период моей жизни, когда знания о себе принимали форму и структуру, я находила ответы, как устроена психика человека, как устроена я. Несмотря на классную теоретическую базу было ощущение, что чего-то мне не хватало, и моё личное развитие двигалось маленькими шагами.

* Без телесного переживания никуда. Уже будучи в Берлине на выбор психотерапевтического направления, в котором я хочу работать повлиял мой опыт участия в танце-терапевтической группе самопознания, который был для меня большим толчком в саморазвитии. Два года участия в группе были для меня как вызовом и воплощением отчетливого желания приблизиться к себе через своё тело, так и пониманием важности вообще быть способной чувствовать своё тело. Я прошла путь от невероятного стеснения и чувства стыда просто двигаться в и с группой других людей до свободного выражения через своё тело своих эмоциональных состояний. Для меня танце-терапия оказалась переворотным моментом в понимании того, что личностные изменения происходят не только тогда, когда понимаешь умом, но и тогда, когда понимаешь на уровне тела.

* Важно давать пространство чувствам. Несколько лет я проработала в социальной сфере со «сложными» детьми и подростками в интернате, с «обычными» детьми и подростками в общеобразовательной школе, с подростками-беженцами, прибывших в Германию без сопровождения взрослых. Подростки интересные и удивительные, их жизнь совсем не проста. Работая с ними, видишь, как ловко они научились использовать свой ресурс и прикрывать им бережно, что бы никто не увидел, свою боль и страх, чувство одиночества и свою грусть.
Очень часто я сталкивалась с подростками, которые видели смерть, взрывы, войну, которых сажали в тюрьмы и подвергали пыткам, которые шли многие километры без еды, не зная куда они точно идут и когда придут. Это подростки, у которых практически забрали кусок подростковой жизни и заполнили его каким-то ужасом и страхом. Эти подростки выжили, а значит у них есть такие ресурсы, которые спасли им жизнь. Но это и травмированные подростки. В контексте травматерапии в терапевтическом процессе мы исследуем, какие ресурсы есть ещё, даем им больше пространства и укрепляем их до тех пор, пока не будет ощущаться стабильность, устойчивость и готовность работать с травмой. И когда приходит время, на первый план выступает та боль, все те страхи, сомнения, неуверенности, слёзы, которые так ловко были вытиснуты с целью сохранить свою систему.
Даже когда речь идет не о травме, а о сильном эмоциональном переживание, очень важно дать себе прожить своё личное горе или радость, разрешить себе пережить, выразить, отреагировать эмоцию.
Работа с подростками это для меня особая любимая область, где лежит моё сердце и в будущем мне хотелось бы уделить ей больше внимания.

* Три компонента гештальт-терапии. Когда я более плотно столкнулась с гештальт-терапией, то всё, что я читала, казалось знакомым, как будто я уже всё это знала, что написано в книгах, это резонировало с моими ценностями и стилем моей жизни. Переживание в здесь-и-сейчас, принцип диалоговых отношений, когда ты со своим собеседником на равных, понятие контакта и виды его нарушений — всё это и многое другое отражало мою собственную правду, которую я для себя открывала в процессе собственного личностного развития. А так же сам терапевтический процесс, где внимание нацелено не только на понимании чего-то о себе, но и непосредственном переживании, которое связано с переживанием на телесном и эмоциональном уровне. Когда всё это связывается вместе, именно тогда приходит глобальное понимание на всех уровнях системы. Как правильно, многое, что с нами происходит, мы понимаем головой, но подключая тело и дав пространство эмоциональным проявлением возможность перемен становится больше!

* Тело — источник информации и твой ресурс. Наше тело хранит в себе много информации о наших детских и взрослых травмах и переживаниях. Игнорировать тело в терапевтическом процессе невозможно, эта такая же важная часть твоей системы, как и твой разум. Наше тело постоянно «разговаривает» с нами и в терапии мы учимся слушать и слышать его, тем самым расширяя наше осознанное отношение к себе. А что нам это даёт? Расширяя осознанность мы начинаем слышать наши потребности, распознавать свои границы, замечать, что приносит нам радость, учиться бережно относиться к себе и любить себя. Мне важно в психотерапевтическом процессе обращать твоё внимание на твоё тело.

* Я против домашнего насилия и вообще любого насилия в целом. Проработав несколько лет в женских проектах — в женском доме (анонимное заведение, где можно укрыться от как правила мужа или сожителя, причиняющего насилие), в консультации для женщин, подвергшимся насилию дома, в анонимном жилищном проекте, где так же можно было жить женщинам с детьми, подвергшимся домашнему насилию, я постоянно сталкивалась с темой использования власти и силы, причем порой в совершенно диких размерах, а от некоторых историй у меня самой иногда застывала кровь. Мне стало ясно, что использование власти связано с самооценкой, и тот, кто использует власть, делает это, что бы повысить свою самоценность (хотя это иллюзорно), а у того, кто подвергается насилию, самооценка безудержно падает, как крепость, на которую напали и где за обвалами и обломками стен уже не так легко спрятаться. Насилие это травматическое переживание.

* Мне важно работать с твоим внутренним стержнем. Я понимаю, что изменить внешние обстоятельства, структуры и институты и сделать так, что бы справедливость полностью восторжествовала мы не всегда можем, но мы можем работать с твоим внутренним стержнем. Он есть и всегда был, просто если ты чувствуешь себя не в своей силе, то он требует большего внимания, заботы и понимания. Мы можем работать с твоим внутренним самоощущением и укреплением твоих ресурсов. Мы работаем над тем, что бы ты крепко стоял/-а на своих ногах, знал/-а себе цену и мог/-ла четко сказать «Нет». Мне приходит на ум только одна фраза — исцеление изнутри.

* Гештальт-терапия о политике. Не могу сказать, что я сильно вовлечена в политику, но гештальт-терапия для меня о политике. Я увидела, как использование власти проявляет себя в социальной ячейке — семье, и сделалось легко увидеть, как оно проявляется в более крупных структурах общества, в котором мы живём. Какие нормы и ценности общества, в котором мы живем нам транслировались и продолжают проникать в нас без особого на то разрешения. В гештальт-терапии мы называем это интроекты и в процессе терапии мы занимаемся тем, что вытаскиваем интроект один за другим на свет, рассматриваем его со всех сторон и принимаем решение, подходит ли нам ещё эта норма, эта ценность, моя ли она, хочу ли я иметь её у себя в системе или же я в неё больше не верю, и вообще-то никогда не верил. Если нет выкидываем на фиг. В целом, мы каждый раз задаем вопрос «А кто я?» - и хочу ли я проживать те ценности, привитые мне той политической системой и обществом, где я всё это время жил, или я — это уже о чём-то совершенно другом? А о чём тогда? В процессе терапии ты нередко находишь ответы на многие вопросы.

* В 2006 году закончила Московский городской психолого-педагогический университет на кафедре «Клиническая психология».
* С 2017 по 2020 год обучалась на гештальт-терапевта в Германии, институт интегративной гештальт-терапии Eichgrund.
* С 2017 года веду частную практику, провожу группы и семинары.
* С 2020 года прохожу повышение квалификации для гештальт-терапевтов по программе травма-терапии.